Loading...
You are here:  Home  >  новые публикации  >  Current Article

Нам, долбанутым, дорога в космос, вы оставайтесь, а нам пора…

By   /  25.11.2016  /  No Comments

    Print       Email

Когда я сообщила своему брату о том, что у нашей знакомой дочка легла под поезд, он даже не удивился. А просто мне ответил, тебе что делать нечего? У тебя своих проблем мало? С 18 июля прошло уже  почти 4 месяца, а эти слова мне почему-то запомнились. Нет не своим равнодушием и не своей логичностью, а тем, что так думают ВСЕ родители. «Меня эта не касается, лучше об этом не думать»….

Эта статья посвящена ВСЕМ родителям. Родители этой девочки просто не замечали никаких изменений. И мы публикуем этот текст для того, чтобы родители еще живых могли бы распознать те знаки, которые указывают на возможную беду.

06

…Один из спальных районов города в центре России. Мы входим в лифт, поднимаемся на 15-й этаж, выходим на общий закрытый балкон. Смотрим вниз. Боковым зрением стараемся при этом не выпускать из своего поля зрения Ирину. Она сама вызвалась на роль гида, ведет себя активно-деловито, но в какой-то момент сильно побледнела и оперлась о стену, чтобы не упасть. Ей не нравится наше беспокойное внимание, она без конца повторяет, что с ней все в порядке, и читает вслух надписи на стенах. Ирина — мама.

Мы уже все, что можно, сфотографировали, но она находит то, на что не обратили внимания, говорит:

— Вот, то же самое было и на их страничках в этих закрытых группах «ВКонтакте», посмотрите, похоже на призыв, запишите, — и читает вслух:

«Там в этом небе такие звёзды, я предлагаю не ждать утра. Нам, долбанутым, дорога в космос, вы оставайтесь, а нам пора…»

Позже мы выясним, что это строчки из песни одной популярной молодежной музыкальной группы, но именно здесь они действительно читаются зловеще и с особым смыслом. Нам с трудом удается увести Ирину отсюда, мы подходим к лифту.

— Здесь, — говорит нам она, — ее видел в тот самый день один из жильцов этого дома, есть его показания в уголовном деле. Описал, что была девочка с ранцем, когда двери лифта открылись, он спросил: едет ли она? Она отказалась, сославшись на то, что ждет подружку. Подружек в этом доме у дочери Ирины, Эли, никогда не было.

Спускаемся с 15-го этажа — там, на крытом общем балконе, окна были устроены так, что открыть можно было только форточки. Теперь мы на 14-м, здесь широкие и высокие окна. Открыть их легко.

08

12-летняя Эля упала отсюда в декабре прошлого года. Здесь нашли ее куртку. Она училась в седьмом классе школы, которую хорошо видно с этой верхотуры.

Ирина и здесь продолжает внимательно изучать надписи на стенах, только теперь уже молча. Как, в самом деле, это ей произнести, если вот написано: «Твой шаг будет последним». Ей хватает сил только на то, чтобы, прочитав, тихо заметить: «Нет, это не ее почерк!» И, через паузу, рассмотрев среди не сочетаемых, но как-то уживающихся фашистских знаков и сердечек — все рядом, — еще какие-то слова, повторить горестно: «Это тоже не ее».

Девочка нигде не оставила предсмертной записки, ни в бумагах, ни на своей виртуальной стене в социальной сети. Мама, возможно, ищет ее слова теперь на стенах каменных.

«Ваш ребенок мертв!»

Комнатка Эли: диван-кровать, на красном покрывале дружная компания плюшевых котов, мишек, собачек и двух больших кукол. Чуть поодаль грустный белый мишка, тоже плюшевый, но одинокий.

11

Над письменным столом вся стена в почетных грамотах и дипломах — девочка играла на гуслях и прекрасно пела. Вместе со школьным ансамблем народных инструментов объездила несколько стран.

Еще на стене — часы в виде сердечек и много детских фотографий: маленькая Эля хохочет, прижимаясь к папе. Есть снимки и посвежее, сделанные минувшим летом: анфас, специальное портретное фото, она старается смотреть серьезно. Но жизнерадостность все равно проникает, как яркое солнце бьет в щели занавесей, — здоровая, широколицая, благополучная, явно очень любимая в семье девочка. Все есть — папа, мама, бабушка. Четыре года назад появилась и младшая сестренка.

Сейчас малышка капризничает — дело к вечеру, ей хочется к маме, она не видела ее целый день, но мама говорит: «Поиграй с папой». Папа — бывший омоновец, ему 40 лет, и он вышел на пенсию. С ним она все время. Маме — 37, она работает психологом-логопедом в одном из детских центров. Малышка ловит моменты, когда она дома. Но мама и сейчас «играет» не с ней…

Мама сидит за столом Эли, включила ее компьютер и все время плачет, когда говорит.

А говорит Ирина, что в Тот день, как обычно, зашла будить старшую дочь в школу. Эля спросила: «Мам, я еще посплю 10 минут?» Разрешила. Потом, когда девочка поднялась, договорились, что вместе выйдут из дома, отведут младшую в сад и пойдут в школу, потому что Ирина как раз собиралась на встречу с классной руководительницей. Конец четверти и года, а у Эли, учившейся прежде всегда на отлично, появились тройки. И даже двойка.

— Но она ее исправила! — говорит нам Ирина, как будто это сейчас важно. — Она исправила, просто я тогда думала, что классная могла об этом не знать. И я собиралась ей сказать, что мы занимаемся вместе, все подтянем, все исправим.

Она уже надевала младшенькой сапожки, когда Эля пулей выскочила из дома, одеваясь на ходу.

— Мам, мне Настя позвонила.

— Так мы же вместе договорились…

— Нет, не могу, меня Настя ждет.

Настя — лучшая подруга Эли, и в школу они часто шли вместе, поэтому мать особенно не удивилась.

Отвела младшую в садик, пришла в школу, зашла в класс старшей. Увидела Настю, спросила: «А где Эля?» Та смотрела на нее глазами, полными ужаса, вся тряслась и без конца повторяла: «Я не знаю!» Ее ужас передался матери.

— Как не знаешь, вы же вместе шли?

— Нет, не знаю, я ее сегодня не видела.

Ирина стала расспрашивать других одноклассников — Элю никто не видел. Она стала звонить дочке, ответа не было. Вошла классная руководительница и начала разговор со странной фразы:

— Вы понимаете, что мы ее теряем?

В этот момент телефон в руках матери зазвонил — запел песенкой мамонтенка, это значило, что звонит именно Эля, она сама когда-то поставила ей этот рингтон на свое имя. От сердца отлегло: наконец-то.

— Доченька, ты где?

— Это не доченька, это врач «скорой», ваш ребенок мертв.

Именно так врач сразу и сказала, будто ей кто-то дал команду — стрелять словами только на поражение.

Мы молчим, пытаясь это осмыслить, и проходит, наверное, минуты две, прежде чем нам удается вернуть Ирину к разговору. Спрашиваем: что всему этому предшествовало? Замечала ли Ирина перемены в дочери? Что с ней происходило? Почему классная руководительница сказала такую страшную фразу: «Мы ее теряем!» — как раз в тот самый момент, когда Эля погибла? Могла ли она что-то знать? Или это роковое совпадение?

Разбуди меня

Перемены были, но они казались обычными подростковыми проблемами — влюбилась в одноклассника, в которого, так же как и она, влюбились еще три ее близкие подружки. Но он встречался именно с ней, а потом они сильно поссорились. Эля казалась себе полной, почти ничего не ела, кроме салатиков. Как раз в Тот самый день, 25 декабря, папа, ничего не подозревая, ранним утром купил ее любимые продолговатые помидоры…

Последние месяцы девочка все время хотела спать, хотя ложилась вовремя. Ирина проверяла, заходила к ней в комнату через час, а потом и через два — ребенок спал. Потом приходила будить утром — не добудиться. Приходилось все чаще из-за этого пропускать школу.

Теперь Ирина понимает, что на самом деле происходило: «ВКонтакте» есть (сейчас уже нет) группа под названием «РАЗБУДИ МЕНЯ В 4:20». (У самого этого названия есть своя история, но она не имеет никакого отношения к этой теме).

В группе 239 862 подписчика.

— Я не знаю, как детей будили, но факт, что практически все ее пребывания в чатах групп, призывающих к суициду, начинались именно в 4.20 и заканчивались в шесть утра, — говорит Ирина.

Мы входим в эту группу, видим безобидные картинки собачек хаски, советы, как сделать стрелку на глазах, как легко снять лак с ногтей. И только потом — приглашение: «Ты девочка? Тебя предали друзья? Бросил парень? Часто слушаешь грустную музыку? Тогда подписывайся на «киты плывут вверх». Все так мило и будто бы безобидно.

— Вот и я так думала, когда месяца за два до этого страшного дня заметила, что Эля стала часто рисовать бабочек и китов, — вспоминает Ирина. — Умилялась, как красиво у нее получается. Думала: сколько у дочери талантов. Ни на секунду не приходило в голову ничего тревожного. Как я могла догадаться, что вот такая у них символика сегодня: бабочки живут всего день, киты выбрасываются на берег, совершают суицид?

 07

В «ВКонтакте» групп, в чьих названиях присутствует слово «кит», великое множество. Кроме уже названной «Киты плывут вверх» есть «Космический кит», «Белый кит», «Китовой журнал», «Море китов», «Океан китов», «Летающий кит» и так далее. Вот фрагмент записи в одной из них, она сделана за два дня до гибели Эли:

«Тебе никогда не понять каково это, жить, будучи таким огромным, таким величественным. Киты никогда не станут думать о том, как они выглядят. Киты мудрее людей. Они прекрасны. Я видела, как летают киты. Это невероятно…Знаешь, от чего киты выбрасываются на берег? От отчаяния».

Ирина продолжает вспоминать о переменах, которые произошли в поведении дочери в последние месяцы. Она говорит, что из кухни пропал нож, дня три его бабушка искала, а потом нашла в комнате Эли, вот здесь, на диванчике. Для чего?!

— Бабуль, ну это мода такая, и Настя с собой носит, и весь класс, — объяснила девочка.

Мы входим на страничку Эли «ВКонтакте», здесь главный слоган: «Где мой нож?»

Маме теперь уже удалось войти во все ее переписки, она показывает: вот Эля общается в чате с Настей месяца за два до трагедии, спрашивает: «Если я умру, ты удалишь меня из друзей?»

Настя: «Ну, во-первых, ты не умрешь».

Эля: «Ага, да».

Настя: «Во-вторых, нет».

Эля: «Почему не удалишь?»

Настя: «Ну не задавай тупых вопросов очень плохо и так».

И присылает Эле фото руки с порезами. Непонятно, ее ли это рука — или фото скачано из интернета.

Эля пишет: «Зач»

Настя: «Просто».

Эля: «Тупо как-то, просто без повода».

Настя: «И что плохо, почему бы не поцарапаться».

Эля: «Потому, что это тупо, само слово поцарапаться».

Настя: «Порезаться».

Эля: «Было бы прямо так плохо, вскрылась бы… А то, что вы с Олькой делаете, как-то бессмысленно, нет?»

И сама присылает ей фото сильно изрезанных рук. «Это краска», — сразу догадывается подружка. «Ты серьёзно, порванной кожи в местах порезов не заметила, сразу запалила», — отвечает ей Эля.

— Эля всегда так рассуждала, видите, она иронизирует, на ее фотографии нет никакой порванной кожи, это рисунок, — говорит Ирина.

ВСЕ ЗНАЛИ

Если вы посмотрите руки да и ноги школьников, они очень у многих сегодня разрисованы шрамами — мода такая.

Так и мне казалось, так и все родители считали… Мне директор школы потом говорит, что Эля у вас давно хотела умереть, и в лагере уже травилась, и руки резала. Но в лагере Эля не была! А если бы, действительно, порезала руки, как бы мы этого могли не заметить? Ничего подобного не было. Объясняю ей это, а она мне: «Я все равно в управлении образования так скажу». Ей надо прикрыть себя, но зачем наговаривать на ребенка?

В феврале в город приехали журналисты из Москвы снимать сюжет, и вместе с ними Ирина пришла к классной руководительнице. Спросила у нее прямо под камеру: «Скажите, зачем вы меня вызывали и сказали, что мы ребенка теряем?» В передаче вырезали ее ответ: «Я не буду давать вам никакой информации», — показали только, как она возмущалась тем, что ее не предупредили о съемке, что она «в полудомашней одежде».

— Представляете, о чем ее мысли, когда в классе, которым она руководит, погиб ребенок?! Дети из класса Эли почти все «висели» в этих группах страшных «ВКонтакте» и вели разговоры в чатах по ночам, когда родители спят, — говорит Ирина.

— Вы все ходите-ходите, а помочь ничем не можете, — произнес кто-то в этот момент откуда-то из-за наших спин. Мы оглянулись, это была бабушка Эли. Неизвестно, как долго она стояла в дверях и прислушивалась. Мы беспомощно покивали ей, и Ирина продолжила:

— О том, что Эля собирается что-то с собой сделать, знали многие в классе. И классный руководитель, должно быть, знала, кто-то из девочек, видимо, что-то ей сказал, и она, возможно, хотела мне это донести: «Мы ее теряем!» И не договорила…

Мы слушаем Ирину очень внимательно, но дальше уже мучительно пытаемся понять, что она имеет в виду. А она теперь говорит о характеристике на Элю, которую классная руководительница могла испортить, «притом что Эля же даже написала стихотворение, к юбилею города. Классная и не могла иначе — дала, в итоге, хорошую характеристику, написала, что девочка училась на пятерки…»

— Куда характеристику? — недоумеваем мы.

— В следственный отдел, — поясняет Ирина.

Посмертную? Поняв, что все именно так, что уже и за это тоже переживала мать, мы сидим совершенно подавленные — потеряли нить разговора. В наступившей тишине снова заговорила бабушка:

— Вот вы сидите, вам тяжело, да? А как нам тяжело? Мы только плачем каждый день, плачем и плачем.

Сказав это, бабушка постояла в дверях и медленно-медленно стала уходить. Страшный день ее согнул, ударил по ногам, она почти перестала их чувствовать. Передвигается из комнаты в комнату чуть не по четверть часа. Но пока мы здесь сидим, она еще придет несколько раз. Ее так же, как и малышку, тянет и к Ирине, и в комнату Эли. Пусть даже и нет девочки, но здесь хоть что-то происходит, связанное с ней. Малышку перехватывает папа, веселит, занимает игрой, и уже буквально через минуту доносится ее веселый смех. Бабушка тем временем все еще бредет в свою комнату, молча….

Источник: Новая газета

    Print       Email

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

  • Об осуждении

    Подобно тому как маленький корабельный руль ведет судно туда, куда пожелает, так и язык приводит человека либо к добру, либо ко злу
     
    Хранящий свой язык сохраняет и душу свою от многих грехов и падений.
     
    Кто может похвалиться тем, что свое сердце сохранил неоскверненным? Стало быть все мы больные, а судящий своего брата просто не чувствует того, что он больной, ибо больной больного не осуждает.

     
    Архимандрит Ефрем Святогорец

  • Мудрость Афона

    Если я вижу или слышу, что кто-то живет без скорбей и благоденствует, во всем творя свою волю, то считаю, что Бог оставил его.

    Сколь бы ни было у нас скорбей, все они закончатся и забудутся в один день. Останется только добро или зло, которое последует за душой до самого Судилища, где душа услышит великое решение о своей участи.

    Многими скорбями мы спасемся, чадо мое, ибо кто из людей освятился или был спасен, не пройдя сквозь пещь различных огорчений? Если здесь мы вкусим горечи, то там, в другом мире, наш Христос усладит нас прекрасным Своим Царством.


    старец Ефрем Святогорец (Аризонский)

    Старец Ефрем Святогорец (Аризонский)

  • Мета

You might also like...

%d0%bc%d0%b8%d0%bd%d0%b8%d0%b0%d1%82%d1%8e%d1%80%d0%b0

Рождественский пост с 28 ноября по 6 января

Read More →